• На днях в «Семёновской» прошла любопытнейшая лекция В. Лапина «Беззвучная картина. Запахи и звуки старого Петербурга».

    К мероприятию сотрудники библиотеки подобрали книги д-ра ист. наук Владимира Лапина, а также издания, связанные с ольфакторными и звуковыми ощущениями, нашедшими отражение в культуре, литературе и проч. (двухтомник «Ароматы и запахи в культуре», книга писателя Анатолия Бахтиарова «Брюхо Петербурга. Очерки столичной жизни», нашумевший роман Патрика Зюскинда «Парфюмер. История одного убийцы» и др.).

    Специально к лекции на страницах социальных сетей библиотеки был организован опрос: с какими запахами и звуками у Вас ассоциируется Санкт-Петербург сегодня? Перед началом лекции ответы и итоги голосования были озвучены: из звуковых восприятий значительную часть голосов получил транспортный шум (56 %), из запахов большинство проголосовало за выхлопные газы (21 %), между табачным дымом (или паром) и звуковой рекламой голоса разделились поровну (по 13 %). Однако это был не экологический опрос, желание поделиться собственным мнением разделили многие.

    Мы выяснили, что стук дождя прочно связан с городом, его (дождь), а также туманы некоторые даже относят к категории запахов, отсюда и распространённый вариант среди ответов – запах мокрого асфальта. Для кого-то Петербург ассоциируется со звуком саксофона и гитары под аркой Главного штаба, для тех, кто пользуется подземкой, – это запах метрополитена. Романтики связывают город с криком чаек, ахматовским запахом бензина и сирени, с неповторимым запахом сырости и сырого гранита (сюда же можно отнести менее романтичные ответы про запахи сырых подвалов и дворов-колодцев). Шелест листьев и запах прелой листвы вместе с дождём создают метафору осеннего Петербурга. У многих ассоциации были исключительно гастрономическими, связанными с запахами фастфуда, свежей выпечки, кофе и шавермы. Конечно, все эти запахи – наследство нашего будущего поколения… Однако пышечная на Конюшенной – вне сомнений, прекрасная обонятельная ассоциация. Также было приведено несколько ассоциаций, связанных исключительно с неповторимым Петербургом: для кого-то город по-прежнему соотносится с традиционным запахом корюшки (у некоторых, правда, уже жареной), для кого-то – с запахом Финского залива и невской воды (запахом реки), кто-то выделяет даже запах Невского проспекта, несколько раз респонденты называли полуденный выстрел пушки на Петропавловке, бой часов-павлина в Эрмитаже и, разумеется, футбольное скандирование «Гол-гол-гол-гол-гол! Дзюба-Дзюба-Дзюба!».

    После подведения итогов опроса с помощью нового библиотечного выпуска видеоблога «Bookразборка» аудитории были представлены лектор – Владимир Викентьевич Лапин, доктор исторических наук, профессор факультета истории Европейского университета в Санкт-Петербурге и его книга «Петербург. Запахи и звуки» – результат интереснейшей исследовательской работы о Петербурге, за которую автор был удостоен Анциферовской премии в 2007 году.

    Далее слово было передано Владимиру Викентьевичу, который рассказал, насколько современные ольфакторные и звуковые ощущения отличны от запахов и звуков старого Петербурга, почему неповторимы, связаны именно с городом на Неве.
    Запахи и звуки глубоко символичны, они отражают действительность, становятся частью исторической эпохи. Оказывается, звуки на улицах старого Петербурга были громче современных (грохот колёс, крики извозчиков, реклама, продажа и многое др.). Звук Ленинграда – это прежде всего звук трамвая, в советский период транспорт можно было отличить по звуку двигателя. Вплоть до XX века приближение фонарщика определялось по характерному запаху конопляного масла, позже – спирта и керосина. Интересно, что ольфакторный фон Петербурга напрямую был связан с религиозным календарём: в Троицу пахло берёзовым листом, в Медовый Спас – мёдом, в Яблочный – яблоками и т. д. Салют (пушечная пальба) – всегда был неотъемлемой частью Петербурга, власть общалась с народом голосом артиллерии.

    Интересную параллель Владимир Лапин провёл между символикой Москвы и Петербурга: Москву будил колокол – образ православной церкви, женщины, а Петербург был связан с пушечным выстрелом, мужчиной, камнем, который, как и положено ему, тонет в воде (сопоставление с присущими Петербургу наводнениями).
    Также В. Лапин рассказал, почему в Европе топили каменным углём, а у нас дровами, и какими запахами в связи с этим наполнялся город круглогодично. Анализ литературного наследия о Петербурге показал, что писатели описывали, как правило, запахи осеннего и весеннего Петербурга, иногда зимнего, но реже всего летнего, так как летом все стремились на дачи. Отдельно лектор осветил вопросы, связанные с канализацией: зачастую отходы жизнедеятельности вывозились на огороды и частично выбрасывались в залив. Зловоние в городе было связано и с отсутствием привычки посещать отхожие места (приезжие крестьяне плохо соблюдали нормы санитарии, солдаты-новобранцы зачастую впервые слышали об уборной лишь в казарме). К тому же баня не была широко распространённым явлением в Петербурге. В городе было много лошадей, а соответственно и конюшенных запахов.
    Большинство запахов и звуков строго Петербурга навсегда ушли из города, но остались неповторимые запахи, свойственные исключительно городу белых ночей, наряду с весенним запахом корюшки Владимир Лапин выделил мёрзлый запах чугуна и др.

    По окончании лекции слушатели благодарили докладчика за уникальную информацию, кто-то фотографировался, а кто-то просил поставить автограф в книге автора «Петербург. Запахи и звуки». Эта книга Владимира Лапина есть в нескольких филиалах МЦБС им. М. Ю. Лермонтова, благодаря подаренным автором экземплярам вскоре она появится и в библиотеке «Семёновская» и будет доступна нашим читателям.

    В 2020 году в нашей библиотеке запланирован очень интересный цикл лекций с В. Лапиным, следите за афишей.

    Текст: Анастасия Грозная, библиотекарь 1 категории библиотеки «Семёновс
    Фото: библиотека «Семёновская» МЦБС им. М. Ю. Лермонтова
30 31 1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30 31 1 2